О ситуации с Никархо во Владикавказе

О ситуации с дракой во Владикавказе могу только процитировать слова главы Северной Осетии Сергея Меняйло: «Принцип один — это наша республика. Когда гости приезжают сюда, они должны себя вести как гости. Это вне зависимости от нации, вероисповедания. Осетины — очень толерантный народ, всегда рады достойным гостям. Но гость должен вести себя как гость».

Если какой-то осетин поедет в соседнюю республику и в три часа ночи в состоянии алкогольного или наркотического опьянения будет драться с местными ребятами и избивать их, то, я уверен, местные ребята имеют право остановить его всеми доступными способами.

Второй момент. Всё это происходит в заведениях, которые зарабатывают на таких залётных гостях, приезжающих в Осетию с желанием покутить. Мне непонятно, зачем в Осетии нужны рестораны, которые работают до трёх часов ночи и продают алкоголь, зачастую людям, приехавшим из других республик, где алкоголь запрещён. Зачем нам в Осетии такие заведения?

Ведь это далеко не первый случай, подобных драк было множество. Но обязательно надо было дождаться, чтобы произошла трагедия.

На мой взгляд, и здесь я опять же поддерживаю главу Северной Осетии, работу таких заведений необходимо ограничить до 23:00. Кутёж в Осетии надо прекратить. Осетия — это не республика, куда можно приезжать, чтобы кутить.

Национальная валюта Южной Осетии

Почему я люблю Осетию? Гуляешь по супермаркету, делаешь покупки, случайно встречаешь главу НацБанка Южной Осетии, и вот у тебя уже 200 заринов в особой подарочной упаковке. Братский подгон.

 

Власть делает из нас негласных эмигрантов, потерявших почву Родины под ногами....

Забрал из паблика Президент Республики Северная Осетия-Алания (Facebook).

Русский эмигрант стал в XX веке лицом разрушенной империи, вопиющим свидетелем ее коллапса. Эмигранты тихо оплакивали гибель своей Родины и словно в отместку за вынужденное бегство, они также вынужденно подарили свой талант приютившем их странам, став главным «экспортом» на Запад.

Однако есть феномен, куда более глубокий и непредсказуемый, чем переезд на чужбину под тоскливое уханье пароходного гудка. Это уход в самого себя, своеобразная внутренняя эмиграция, ведь потерять свой край можно и не покидая его. Подобно тому как можно стать завалящей мебелью в своем доме, можно и превратиться в лишний элемент в общественной жизни под веянием «новых мод», при этом новых не значит прогрессивных.

Главный творец русского эмигрантского эпоса Владимир Набоков не раз восклицал устами своих персонажей.

«Вдруг ему стало обидно — отчего это в России всё сделалось таким плохоньким, корявым, серым, как она могла так оболваниться и притупиться? Или в старом стремлении "к свету" таился роковой порок, который по мере естественного продвижения к цели становился всё виднее, пока не обнаружилось, что этот "свет" горит в окне тюремного надзирателя, только и всего? Когда началась эта странная зависимость между обострением жажды и замутнением источника? В сороковых годах? В шестидесятых? И "что делать" теперь? Не следует ли раз навсегда отказаться от всякой тоски по родине, от всякой родины, кроме той, которая со мной, во мне, пристала как серебро морского песка к коже подошв, живет в глазах, в крови, придает глубину и даль заднему плану каждой жизненной надежды?», - горемыкой рассуждает Годунов-Чердынцев из набоковского “Дара”.

И все же у нас дела обстоят плоше, ибо нет стремления к свету даже большевистской свободы, сияющей для писателя «в окне тюремного надзирателя». Мы утратили всякие чаяния, и подобно Годунову-Чердынцеву удивляемся, когда это случилось, отчего мы все оболванились, а наш вкус к политической и творческой свободе притупился. Неужели такой «корявый и серый» итог нашего пути, что мы не решаем за себя.

Забрав у нас право выбора, а значит ответственности за будущее, власть делает из нас негласных эмигрантов, потерявших почву Родины под ногами. 

Сколько людей, живущих в республике, озираясь по сторонам, видят чужбину, в которой так бледно и бескровно почти всякой движение и так неуклюж всякий жест. Сначала власть с ювелирным мастерством ввела анестезию, назойливо напоминая о своей мнимой мудрости, затем удалила нерв, отвечающий за политическое действие.

Уже в другом рассказе Набокова “Истребление тиранов”, повествователь сокрушается: «Из дико цветущего моего государства он сделал обширный огород, в котором особой заботой окружены репа, капуста да свекла; посему все страсти страны свелись к страсти овощной, земляной, толстой. Огород в соседстве фабрики с непременным звуковым участием где-то маневрирующего паровоза, и над всем этим безнадежное белесое небо городских окраин — и все, что сюда воображение машинально относит; забор, ржавая жестянка среди чертополоха, битое стекло, нечистоты, взрыв черного мушиного жужжания из-под ног... вот нынешний образ моей страны, — образ предельного уныния, но уныние у нас в почете, и однажды им брошенный (в свальную яму глупости) лозунг "половина нашей земли должна быть обработана, а другая заасфальтирована" повторяется дураками, как нечто, выражающее вершину человеческого счастья».

Надо понимать, что капуста и свекла в осетинском варианте – это личная безопасность и деньги, а в “фабрике по соседству” угадывается Электроцинк, вокруг которого в почете «образ предельного уныния». Правда в Осетии власть не печется даже об асфальтировании дорог и обработанности земель, которые по Набокову выступают символами падения, а для нас это только намеченные на будущее цели.

Впрочем, и парламенту и правительству РСО-Алания стоит ознакомиться с историей, которая учит, что большевики, загнанные в подполье, получали подпитку из эмигрантской среды, а результат известен всем. По историческим меркам, вы лишь калифы на час, а мы можем прогнать свою эмигрантскую печаль, и тогда бежать уже придется вам, и не в себя, а за пределы нашей республики.

О "национализации Банка России"

А теперь хотелось бы сказать пару слов о "национализации Банка России". Для начала, как мне кажется, все кто заявляет о необходимости подобного шага - хреново понимают, как работает финансовая система и органы государственной власти.

Потом, на должность главы ЦБ у нас утверждает непосредственно президент РФ. То есть Набиуллина - назначена Путиным.

Если бы наш ЦБ был бы независим, то беспрецедентной девальвации рубля не было. ЦБ опустил бы курс на 10%-15%, но не больше. А Правительству пришлось бы перекраивать бюджет и резать социалку, потому что ЦБ выполнял только свою задачу - обеспечивал ценовую стабильность. Вот и все.

А в реальности наш ЦБ - ниразу не самостоятельный орган, который обваливает рубль по указке Правительства, чтобы не дай Бог, имидж Президента не пострадал... он ведь обещал повышать пенсии.

В таких условиях наша экономика здоровой быть не может. Хочешь крепкий рубль - отказываешься от масштабной социалки. Во время кризиса приходится принимать тяжелые решения, но наша власть этого не умеет и руководствуется только краткосрочными целями.

Зарплат не будет

А теперь ребята, небольшая порция инсайда. Источник в правительстве РСО-Алания мне сообщил, что сейчас судорожно ищут 1,5 млрд рублей, чтобы закрыть в бюджете огромную дыру. 
Скорее всего уже не дадут такие средства, российский бюджет и без того «сводят» девальвацией. Это значит, что в декабре бюджетники зарплаты не дождутся. Начало 2015 года будет «веселым»…

Осетия погружается в долговую яму

Государственный долг Республики Северная-Осетия Алания за год вырос на 38% или 2 млрд. рублей. Наша Республика продолжает погружаться в долговую яму...

Источник МинФин

Еще в начале этого года я писал на hohag.com статью "Хроника осетинского дефолта", и к сожалению оказался прав, дальше будет только хуже. Но я никак не ожидал, что республиканская власть просто забьет на эту проблему, которая грозит перерасти в социально-экономический коллапс. По величине долга на душу населения РСО-Алания лидер с космическим отрывом.

Итак, я повторяю свой вопрос: Как вы думаете, какой регион в первую очередь пострадает в случае наступления кризиса? А он уже наступил.

#осетия #кавказ #владикавказ #госдолг

Американские дроны оказались опаснее террористов

Военные дроны, на которую сделал ставку Пентагон и текущая администрация Белого дома, оказались дорогостоящим и крайне опасным оружием. 

Один час полета беспилотников «Predator» и «Reaper» стоит не менее $7 тыс, причем бюджету эти «военные игрушки» обходятся в $4 млн за штуку, а объем расходов на программу их производства уже превзошел $10 млрд. Однако, высокую стоимость дрона можно было бы оправдать его эффективностью на поле боя, но последние данные свидетельствуют о том, что мирное население Ближнего Востока не зря боится дронов гораздо сильнее террористов-смертников.

В совместно подготовленном отчете правозащитной организации Reprieve и издания Guardian отмечается, что операции по ликвидации (с применением дронов) 41 человека из списка террористов, находящихся на территории Йемена и Пакистана, привели к гибели 1147 мирных жителей.



Хотя Обама позиционирует дроны как наиболее эффективные средства «точечной ликвидации», от авианалетов БПА погибают гораздо больше людей, чем от рук террористов.

Беспилотные авианалеты были поданы американской общественности как наиболее точные. Но нельзя говорить о точности разведки, когда смерть каждого "плохого парня" из списка США оборачивается гибелью 28 неизвестных людей, среди которых женщины и дети. Руководитель исследовательской группы Reprieve Дженнифер Гибсон

По сведениям Совета по международным отношениям, в общей сложности США совершили около 500 беспилотных ударов вне территории Ирака и Афганистана. По подсчетам организации, число погибших от них составляет 3 674 человека.

Источник - http://ktovkurse.com/recommend/chto-opasnee-drony-ili-terroristy